История одной идеи

Принимая во внимание важность жилищной проблемы для каждого человека, учитывая также справедливую настороженность людей в отношении многих структур, связанных с финансами, мы считаем, что одним из важных критериев при принятии решения об участии в предлагаемой системе является информационная прозрачность, и в частности, информация о конкретных лицах и организациях, их мотивах, этапах развития, взаимоотношениях с субъектами экономики и отрасли, их репутации. Там, где есть история, там есть надёжность. И в рамках нашей стратегии информационной открытости мы публикуем интервью с ключевыми фигурами, создававшими систему ЕНС и её основное структурное звено – кооператив «Жилищный баланс Могилев».

Раитин Евгений Валерьевич. Один из инициаторов создания накопительной системы и кооператива «Жилищный баланс Могилев», разработчик финансового механизма, директор ООО «Центр ЕНС». Образование: Новосибирский государственный университет (физика), Алтайский государственный технический университет (проф.переподготовка «Оценка предприятий (бизнеса)»). Опыт работы (1995-2011 в г.Новосибирск): 1995 г. – аналитик рынка недвижимости. 1997 г. – начальник отдела маркетинга в проектной организации. 1999 г. – заместитель директора по экономике строительного предприятия. 2000 г. – руководитель отдела инвестиционного консалтинга в проектной организации. 2007 г. – самостоятельный консультант по инвестиционному проектированию. 2011 г. – разработчик и руководитель проекта системы ЕНС.

Редакция сайта задала Евгению Валерьевичу вопросы, которые посчитала важным осветить для будущих членов кооператива.

1. Ред.: В любом интересном проекте важным для его понимания является эволюция идеи, ведь не на ровном же месте всё это возникло. Расскажите о том, каковы были предпосылки создания накопительной системы?

Е.В.: Основной предпосылкой, можно сказать, была собственная боль, связанная с отсутствием жилья. Мне и многим моим друзьям и знакомым в то время, на рубеже 2000-х годов, было от 27 до 32 лет. Многие из нас были «не местные», поскольку в конце 80-х, по окончанию школы, сьехались со всей страны (тогда ещё СССР) на учёбу в престижный университет. Так вот, на рубеже 2000-х у нас уже были семьи и дети. Ипотека была ещё не развита, возможностей для удовлетворения жилищной потребности практически не было. Мы все жили в арендованных квартирах, уплачивая за них сумасшедшие деньги. Так и хотелось воскликнуть: «Ребята, что мы делаем?» Если взять, скажем, десять человек, вообразить их замкнутой системой, то из этой системы на арендную плату ежегодно утекала почти целая квартира. Сама собой напрашивалась мысль, что, если объединиться, то приобретая по одной квартире можно постепенно уменьшать отток денег из нашей системы, а уменьшенный отток позволит покупать следующую квартиру ещё быстрее.

2. Ред.: У многих людей в связи с необходимостью решения их личных задач появляются общеполезные идеи. Но барьер между идеей и её практическим применением не всегда преодолевается. Вы перешли к практике?

Е.В.: Да. Мы с друзьями купили три квартиры по этой системе, договариваясь об условиях между собой на словах. Дело было в 2001-2002 годах. Один из моих друзей работал в Японии учёным, семья его жила в Новосибирске. В августе 2001 года он думал о покупке двухкомнатной квартиры в Новосибирске за 15 тыс.долларов. (для сравнения, в Могилёве похожая квартира стоила тогда около 6-7 тыс.долларов). У него имелось 13 тыс.долларов, и он мог ежемесячно откладывать около одной тысячи. Когда я задаю людям вопрос: «через сколько месяцев он купит квартиру?», почти все отвечают: «через два». Не тут то было. Если бы он продолжал откладывать своим темпом, то только через десять месяцев ему удалось бы достичь своей квартиры – но уже по цене 23 тыс.долларов. Воспользовавшись моим предложением, в итоге он потратил на квартиру 15200 долларов. Поскольку дело это всем понравилось, и даже тем, кто пока не рассчитывал на квартиру, но фиксировал деньги в квадратных метрах, то уже не составило большого труда и мне самому в первой половине 2002 года заселиться.

3. Ред.: Если мысль о подобном приходит сама собой, то, наверно, она пришла ко многим независимо от Вас. Можно ли говорить, что эта сфера интенсивно развивалась?  

Е.В.: Нельзя сказать, что развивалась. Скорее «клубилась». В условиях такой конкуренции чуть ли не каждая риэлторская или строительная компания пытались создать накопительные инструменты. Представьте, в крупном российском городе-миллионнике свободный конкурентный рынок, на нём работает около двух сотен агентств недвижимости и около сотни строительных компаний, продающих жильё. Нет условий, чтобы могло что-нибудь постепенно вырасти. Сравните с Могилёвом. Население Могилёва приблизительно в 4 раза меньше. Если бы здесь пропорционально было пятьдесят агентств недвижимости? И ещё двадцать пять строительных компаний, продающих жильё? Можете вообразить? Поэтому такие инструменты могли только решать частные задачи отдельных субъектов, помогать им конкурировать с другими субъектами за покупателя, но стать чем-то существенно крупным не могли.

И всё же многие пытались реализовать эту идею. И поэтому в России вышел закон о жилищных накопительных кооперативах (№215-ФЗ от 30.12.2004). А дальше не могу сказать точно – почему из него до сих пор не выросло что-то серьёзное. В интернете есть много претензий специалистов к этому закону, он не учитывает многих нюансов, и поэтому обесценивает его применение.

4. Ред.: А чего не хватало Вам, чтобы поставить дело на крепкие ноги?

Е.В.: Не хватало ни опыта, ни понимания юридических тонкостей. Всё это, конечно, восполнимо, но при условии больших усилий и вложений времени, а как раз последнего и не было. Тем более, что у меня постоянно росла нагрузка по линии разработки инвестиционных проектов, бизнес-планов и оценки бизнеса, и одновременно с этим была необходимость рассчитываться за квартиру. Что ещё раз подтверждает, как жилищный вопрос нас связывает.

5. Ред.: Может быть, правильные партнёры могли восполнить нехватку опыта и времени? Вы пытались искать партнёров для реализации своей идеи?

Е.В.: Да, я искал партнёров. Идея накопительных систем висела в воздухе, создавалось большое количество структур с красивыми названиями, употребляющими душевные слова типа «Дом», «Мечта» и т.п. Я исследовал их схему, и обнаруживал существенные ошибки, из которых следовало одно из двух: 1) либо мошенники со злым умыслом; 2) либо недостаточно финансово грамотны, чтобы предусмотреть возможность таких ошибок. В любом из этих вариантов рано или поздно прогнозировался крах. Был такой случай. На строительной выставке обнаруживаю стенд с подобной системой, подхожу к хозяйке стенда, завожу разговор. Тон у меня доброжелательный, поскольку сразу не предполагаю, что у людей злой умысел. Говорю, «так и так, в вашей системе вот тут ошибка. Вот посмотрите, если на рынке происходит такой-то сценарий, не такой уж сверхъестественно кризисный, а вполне даже вероятный, то у вас всё рушится – кто вперёд успел, им хорошо, а кто не успел – сильно проиграет. Не хотите исправить?» Хозяйка стенда, увидев, что столкнулась с профессионалом, сделала вид, что переключилась на другого посетителя стенда, отправив меня в игнор. Всё стало ясно – пошёл дальше.

Было много и добросовестно настроенных людей, пытавшихся организовать что-то подобное. Правда, они не представляли подлинных закономерностей, лежащих в основе постоянно движущихся цен – поэтому невольно совершали те или иные ошибки. Однажды (дело было в 2005-м году) меня пригласили в один накопительный кооператив, который создала строительная компания. Попросили «распутать» финансовые взаимоотношения участников системы. Впоследствии, в 2006-м году, мы даже начали совместно разрабатывать документацию по созданию накопительной системы, но меня, к сожалению, окончательно увлекла работа по инвестиционному консультированию.

6. Ред.: Почему Вы говорите «к сожалению»?

Е.В.: В 2006-2007 годах я, конечно, ожидал кризис, но его масштабы оказались для меня совершенно неожиданными. Перед кризисом 2008 года экономика была перенасыщена деньгами. Строилось сумасшедшее количество больших торговых центров, бизнес-центров и логистических комплексов. Они поражали своими масштабами – некоторые проекты торговых центров предполагали площадь 150 тыс.м2 и более (для сравнения – гипермаркет Гиппо в г.Могилев имеет площадь около 11 тыс.м2). Я участвовал в разработке их концепций и бизнес-планов, поэтому хорошо ориентировался в рынке. Для меня было очевидно, что это количество строек чрезмерно, и поэтому кризис на рынке недвижимости обязательно будет. Как вы знаете, в 2008 году кризис произошёл, но он оказался мировым и затронул не только недвижимость. После кризиса инвестиционные деньги с рынка резко исчезли, поэтому полностью исчезла потребность в инвестиционном консультировании. Жильё же, с небольшой заминкой, по-прежнему строилось, а население по-прежнему в нём нуждалось. Отсюда я научился тому, что нужно иметь дело с реальными потребностями людей. Кстати, Беларусь этим отличается, и потому кризисы для неё проходят относительно безболезненно.

7. Ред.: Почему Вы думаете, что кризисы в Беларуси относительно безболезненны?

Е.В.: Ну, давайте вспомним кризис 2011 года. Что реально произошло? Временные затруднения с обменом валюты, резкий рост курсов валют и рост цен. Временное снижение покупательской способности зарплат, а затем быстрое восстановление. В чём особенность такого кризиса именно для Беларуси? В том, что вся промышленность преимущественно государственная, она продолжала работать в том же темпе, никто не потерял работу. Трудно было только предпринимателям из-за невозможности купить валюту. Но поскольку их доля в экономике небольшая, то кризис не вызвал массовую потерю работы и обнищание. И даже наоборот. Пока цены белорусских товаров были привлекательными, удалось нарастить экспорт, а он имеет очень большое значение для Беларуси. В конечном счёте, средняя зарплата быстро превысила докризисную. Настоящий кризис - это когда нарушаются производственные и обменные процессы, люди теряют работу, предприятия останавливаются – то есть перестают производить продукт. В связи с этим вспоминаются строчки из Евгения Онегина:

Как государство богатеет,

И чем живет, и почему

Не нужно золота ему,

Когда простой продукт имеет.

Речь о том, что всякое богатство – это конкретный продукт. А деньги («золото») – это лишь потенциальное богатство. Если деньги обесцениваются, то такое богатство пропадает. Поэтому жильё – это реальное богатство, а доллары на руках – это лишь потенциал, причём постепенно рассеивающийся. Всякий же кризис сопровождается потерей богатства для государства и его народа только в том случае, если во время кризиса прекращается производство. Соответственно, если производство не прекращается, то кризис – это условность.

Вот, недавно, в интернете были представлены результаты исследования среднего класса в Восточной Европе и на пространстве СНГ. Оказалось, что в Беларуси самая высокая доля среднего класса.

8. Ред.: Если кризис, как Вы говорите, был такой безболезненный, то почему же льготное кредитование резко снизилось?

Е.В.: В современных мировых финансовых условиях государство прекратило бы льготное кредитование рано или поздно. Ведь что такое кредит под 5% годовых в белорусских рублях на фоне того, что даже доллар обесценивается? Фактически это безвозмездная субсидия на разницу между инфляцией и процентной ставкой. С учётом того, что кредиты выдаются на 15-20 лет, то на протяжении всего этого срока, с учётом выдачи новых кредитов, размер субсидирования из бюджета только нарастает. А при ускорении инфляции он нарастает ещё больше. То есть, даже при полном прекращении льготного кредитования есть риск того, что с ускорением инфляции нагрузка на бюджет по ранее выданным льготным кредитам будет нарастать. Поэтому был ли отдельный кризис в Беларуси, или его не было – рано или поздно льготное кредитование было бы прекращено или урезано.

9. Ред.: Вы часто употребляете словосочетания «доллар обесценивается». Что это значит? Людям трудно это понять, поскольку курс доллара постоянно только растёт.

Е.В.: Более подробный ответ размещён на сайте по этой ссылке. Здесь же можно добавить такой яркий пример. Представьте, что за поездку в общественном транспорте вы платите в центах. Четыре года назад вы платили бы 16 центов (500 рублей) за поездку, а сегодня – 32 цента (3200 рублей). Это означает, что по отношению к поездке в общественном транспорте доллар обесценился в два раза. И так во всём (кроме телефонов и компьютеров) – хлеб, молоко, недвижимость, автомобили. В отношении своих потребительских интересов могу сказать, что они у меня связаны с горным туризмом. Так вот, хорошие импортные туристические ботинки в 2008 году стоили 150 долларов. Сейчас аналогичные – 250-300.

Все 2000-е годы с улыбкой слушал советы аналитиков в СМИ в отношении того, где людям держать деньги. Преобладали незамысловатые советы типа «держите в долларах и евро 50 на 50», или «держите поровну в долларах, российских рублях и евро». В общем, может быть у простых людей иного выхода и нет, но тем не менее нужно было добавлять, что в этих советах речь идёт не о сохранении сбережений, и тем более не о получении прибыли, а о минимизации потерь. Если квадратные метры, иногда временно дешевея, так или иначе всё равно привязаны к затратам на строительство, потому всегда тяготеют к росту цен по индексу превышающему инфляцию, то валюты вообще ни к чему не привязаны. Поэтому они постоянно дешевеют по отношению к товарам и услугам. Иногда может быть так, что доллар подорожал, а квадратный метр в долларах подешевел, но это временно, закономерность другая, и она своё возьмёт рано или поздно. Квадратный метр всегда будет обладать ценностью, а доллар или евро всегда будут дешеветь по отношению к квадратному метру. Есть такая привычная риторика, запудривающая людям мозги, типа «выросли мировые цены на продовольствие», «растёт цена золота», «нефть подорожала с 30 долларов до 100 долларов». Все эти фразы можно выразить одной, обобщающей фразой – «доллар обесценивается». Если цена квадратного метра выросла со 120 (2001 год) до 930 долларов, то есть в 7,75 раза, то, называя вещи своими именами, следует сказать, что покупательская сила доллара на рынке недвижимости Могилёва снизилась в 7,75 раза, или выражаясь короче: «доллар обесценился в 7,75 раза». Да, белорусский рубль обесценился за это же время по отношению к недвижимости в 67 раз, но это же не отменяет обесценивание доллара в 7,75 раз.

10. Ред.: Итак, льготное кредитование урезано. Ставки по обычным кредитам слишком высокие. Накопить невозможно, так как доллар обесценивается. Как же людям решать жилищную проблему?

Е.В.: Вот поэтому мы и создали именно сейчас систему ЕНС, которая будет отвечать изменившимся условиям. Вернитесь к началу нашего разговора, где я говорил, что объединение нескольких человек позволяет сократить отток из системы денежных средств, направляемых на аренду квартир. Так вот, сейчас, кроме аренды, по-прежнему актуальными являются также потери людей на обесценивании их накоплений. Объединившись, они способны избавиться от обесценивания – то есть зафиксировать свои сбережения в квадратных метрах. Одновременно с фиксированием сбережений они уже начинают подступаться к решению жилищной проблемы – то есть имеют возможность заселиться раньше того момента, когда они смогут самостоятельно накопить полную стоимость.

11. Ред.: Вы говорили, что Ваша рабочая загрузка не позволила раньше создать такую систему. А как получилось, что теперь Вам удаётся посвятить этому время?

Е.В.: Дело в том, что по семейным обстоятельствам в 2011 году я переехал в Беларусь. Я плохо себе представлял экономику Беларуси, поскольку в мировых и российских СМИ она представляется очень искажённо. Здесь же обнаружил, что моя компетенция консультанта по инвестициям в корпоративной сфере экономики не востребована – большая часть предприятий государственная, и самостоятельно решают свои экономические и производственные задачи путём централизованного управления. Казалось бы, с моей точки зрения как частного лица – это плохо, и ограничивает свободу экономической деятельности. Но с точки зрения государственной было причиной устойчивости доходов и уровня занятости населения. Поэтому сей факт я воспринял, как возможность заняться этим полезным делом, отложенным мной в долгий ящик ещё десять лет назад. Тем более, что белорусская стабильность, высокая занятость и невысокая дифференциация населения по доходам, а также невысокая конкуренция, обусловленная незначительностью частного сектора экономики, являлись очень хорошими условиями для реализации этого проекта.

12. Ред.: Что необходимо было сделать, чтобы система заработала?

Е.В.: Самым существенным условием для реализации системы было наличие стартового оператора проекта – строительной организации. Во-первых, это должна быть частная организация – потому что начинать такой серьёзный проект нужно с высокомотивированной командой. Во-вторых, та или иная форма участия государства должна быть, потому что правильно реализованный проект не может не быть массовым, и к этому также требуется совершенствование нормативно-правовой базы. Поэтому я начал работу по двум линиям – поиск стартового оператора проекта и взаимодействие с Министерством архитектуры и строительства. Справедливости ради нужно сказать, что Министерство в лице начальника управления жилищной политики Горваля Александра Витальевича прореагировало чутко, поскольку действительно ищет возможности предоставлять населению широкий выбор способов решения жилищной проблемы. Поэтому у нас есть все основания надеяться на дальнейшее плодотворное сотрудничество в плане улучшения возможностей населения при применении нашей системы ЕНС в решении жилищного вопроса.

Какой я извлёк урок из поиска стартового оператора проекта? Нужно найти то должностное лицо в организации, которое напрямую заинтересовано в развитии. При поиске такой организации в Минске, полагаю, я натолкнулся на перегруженных работой руководителей, со многими из которых даже не удалось договориться о первой встрече – они её всё время откладывали из-за перегруженности. К тому же напрямую заинтересованными можно было считать только учредителей, которые во многих случаях были иностранными. Но может быть это и к лучшему, поскольку проживаю я всё-таки в Могилеве, и то, что стартовый оператор проекта оказался в Могилеве – пусть сделает нашу систему прекрасной перспективой для могилевчан. В апреле 2014 года мы, наконец, создали основное звено накопительной системы – кооператив «Жилищный баланс Могилев».

13. Ред.: Почему, если система такая полезная, в Беларуси её до сих пор нет?

Е.В.: Если бы даже в предыдущие годы и не было альтернативных способов решения жилищной проблемы (как, например, льготное кредитование), то для создания такого проекта требуется высокая компетенция, а руководители и специалисты с такой компетенцией, как правило, сильно заняты – у них и без этого полно дел. Поэтому то, что мы сейчас создаём такую систему – одновременно с наличием экономических предпосылок обусловлено и случайностью – моя компетенция в области инвестиционного проектирования, в связи с особенностями экономики Беларуси, оказалась невостребованной в корпоративной сфере, а значит у меня есть время, чтобы быть руководителем проекта по созданию накопительной системы.

14. Ред.: Одним из мотивов поведения людей при принятии решений о сбережениях – это боязнь кризиса. Именно боязнь кризиса заставляет их держать деньги в долларах, несмотря на более привлекательные условия депозитов в белорусских рублях. Что Вы скажете людям, которые при принятии решения об участии в накопительной системе, боятся кризиса?

Е.В.: Этот вопрос перекликается с распространённым ошибочным мнением, что накопительная система может работать только в стабильных условиях – при низкой инфляции, отсутствии кризисов. Например, в Германии подобная система функционирует уже 85 лет. Да, там долгое время были стабильные условия. Но нужно помнить, что там накопительная система зародилась и укрепилась именно в нестабильных условиях, после того, как в Германии в 20-х годах прошлого века была головокружительная гиперинфляция, такая, какой даже у нас не было. Накопительная система очень нужна людям именно из-за нестабильности условий. Устойчивость её по отношению к кризису обусловлена тем, что все взаимоотношения участников обозначаются в квадратных метрах – то есть внутри системы квадратные метры начинают выполнять функцию валюты. Напоминаю, что все взносы членов кооператива немедленно осваиваются в недвижимости – в конкретных квартирах, а не лежат на счетах. При любом кризисе они не обесцениваются, остаются твёрдыми активами. И резкое снижение текущих доходов людей уже никак не повлияют на их сбережения, которые как были метрами, так ими и остались. В этом случае кризис только замедлит процессы внутри накопительной системы – люди начнут накапливать и выкупать медленнее. Но, по опыту кризиса 2011 года, такая ситуация быстро исправляется, и люди начинают накапливать и выкупать уже быстрее, чем до кризиса. Это тоже не случайность, а существует как долгосрочная закономерность. За 13 лет цены в строительстве выросли в 20 раз, а средняя заработная плата – в 67 раз.

15. Ред.: Практически всех потенциальных участников системы интересуют гарантии. Что Вы можете сказать о гарантиях?

Е.В.: Да, у нас на консультациях люди действительно постоянно спрашивают о гарантиях. Чтобы ярко представить эти гарантии, давайте немного отвлечёмся – подойдём к этому издалека. Люди, ищущие возможность решить жилищную проблему, практически все держат деньги в долларах. Что касается меня, то, начиная с 2000-го года, деньги в долларах никогда не держу. Почему? Потому что я точно знал, что доллар не даёт никаких гарантий. Ладно бы просто не давал гарантий – а даже наоборот, гарантировал собственное обесценение. Напомню, чтобы мои слова не казались голословными: с 2001 года доллар обесценился на мировых рынках по отношению к нефти – в пять раз, к золоту – в шесть раз, к зерну – в три раза, к меди и другим металлам – в пять раз. На внутреннем рынке по отношению к строительству – в два с половиной раза, по отношению ко вторичному рынку недвижимости – почти в восемь раз.

Теперь, предположим, американское правительство уговаривает меня купить доллар. О чём бы я спросил, чтобы иметь представление о гарантиях и принять решение? «Скажите мне, пожалуйста, о следующем. Сейчас американский государственный долг составляет уже более 18 трлн.долл. Я хотел бы увидеть план по снижению этого долга, чтобы быть уверенным, что покупать доллар – это правильно. Изложите мне, пожалуйста, этот план». Этого плана нет. И даже наоборот, крупные американские специалисты, в том числе работавшие в администрациях прежних президентов, заявляют, что американский народ морально не готов затягивать пояса, чтобы рассчитываться с государственным долгом. Но это сегодня. А раньше, когда у Обамы был ещё первый срок президентства, а американский долг составлял 12 трлн.долл., мы с товарищем спорили. Он говорит: «Уверяю тебя, к концу правления Обамы этот долг будет существенно меньше». Не случилось – долг увеличился в полтора раза – до 18 трлн.долл. Именно поэтому доллар обесценивается. А почему белорусский рубль обесценивается быстрее? Потому что он старается быть обеспеченным валютными резервами (долларом). А чем обеспечены валютные резервы? Ничем. Отражается это и в риторике В.В.Путина. Его заявления всегда очень осторожны, но в последнее время он порой делает едкое замечание о государственном долге США. В завершение о долларе стоит привести пример. С марта 2009 по март 2014 года средняя стоимость квадратного метра строящегося жилья в г.Могилев выросла с 720 до 920 долларов. Это означает, что доллар за это время гарантированно обесценился почти на 30 процентов.

Теперь о гарантиях для наших участников системы ЕНС. Казалось бы, имея на руках договор и чеки об оплате паевых взносов, человеку нет оснований чувствовать уверенность. Однако это не так. Члену кооператива принадлежит доля в конкретном имуществе кооператива, соответствующая его взносам – потому что все взносы немедленно осваиваются в недвижимости и превращаются в конкретные квартиры. Квартира, пока не будет полностью выкуплена, принадлежит кооперативу. А кооператив – это не чья-то «фирма», это объединение граждан, то есть нас с вами. Учитывая наличие таких гарантий, на первый план выдвигается следующая проблема – чтобы нас не обманули.

16. Ред.: Да, действительно, с экономической точки зрения всё понятно. Но в чём состоит гарантия от умышленного обмана, мошенничества?

Е.В.: Здесь на первый план выдвигается репутация. Репутация – это всегда конкретная история, которую можно проверить. Именно потому мы согласились открыто опубликовать интервью с нами, что наша репутация, наша история является доказательством того, что мы здесь всерьёз и надолго. Наши члены правления участвовали в строительстве конкретных домов, и никого не обманули, хотя деньги граждан были практически "в руках", причём большие деньги. Обман может быть выгоден только тем дельцам, у которых нет другого серьёзного дела, приносящего доход – они срывают куш и скрываются. Поэтому мы и предлагаем людям, прежде всего, познакомиться с участниками, организаторами системы ЕНС.

17. Ред.: Вот, кстати, интересно, что Вы посоветуете людям, чтобы они могли распознать мошенников?

Е.В.: Есть профессиональный подход, с которым можно распознать мошенничество. А есть подход, который могут применить обычные рядовые граждане. Для обычных граждан я советую, прежде всего, обращать внимание на историю. Если она есть, реальна, обусловливает определённую репутацию, то ей дорожат. У всех финансовых пирамид есть организатор – «хозяин», о котором нужно всё узнать, причём так, чтобы это можно было проверить. Например, это конкретные построенные дома, которые можно увидеть своими глазами. Это крупные организации – партнёры, про которых вы точно знаете, что они работают давно и заняты конкретным делом. У финансовых пирамид такого нет.

С профессиональной же точки зрения тоже есть критерии. Причём этими критериями могут воспользоваться в большей степени инженеры, чем экономисты, поскольку инженеры мыслят в терминах законов сохранения энергии, и им это легко понять. Например, однажды в Могилеве я заходил в одну контору, предлагающую также накопительную программу. Вот у них есть жёсткие планы накопления и выкупа. Из них следует, что если несколько человек одновременно чуть-чуть недовыполнили план накопления, то в распоряжении системы есть деньги. Куда они деваются? У нас они все осваиваются в недвижимости, и квартиру получает тот, у кого наивысший рейтинг. Причём благодаря нашему принципу члены кооператива заселяются в квартиры раньше, чем это предусмотрено договором. Так что обращайте внимание на детали – дьявол кроется в деталях.

18. Ред.: Будете ли Вы сами пользоваться системой ЕНС как член кооператива?

Е.В.: Напомню, что в 2001-2002 годах я уже воспользовался накопительной схемой, и до 2005 года полностью выкупил квартиру. Сейчас я также пользуюсь нашей системой в качестве свободного инвестора. Как грамотный специалист в инвестициях я точно знаю, что это лучше, чем доллар. Поэтому с удовольствием предоставлю 1-2 кв.м. целевым инвесторам до тех пор, пока они мне самому не понадобятся. Сейчас у меня в семье двое детей, если вдруг станет трое, будем расширяться, и тогда я превращусь из свободного инвестора в целевого. А когда дети начнут подрастать, хочется, чтобы они не ждали своего жилья 8 лет, как я когда-то, а могли заселиться сразу, как это им станет необходимо. Поэтому мне видится, что я в кооперативе надолго.

Благодарим Вас за интервью. Надеемся, что эта информация поможет нуждающимся в жилье принять правильное решение.